«Овощи» против «несогласных Дартаньянов»:

Михаил Леонтьев: «Несогласных» я считаю клиническими идиотами. 31-го числа они защищают право на свободу собраний. Свободу собраний ЧЕГО?! Ничего. На вопрос «Ваше политическое кредо?» есть ответ «ВСЕГДА», ответ «несогласных» в этом случае – «НИКОГДА». Их марши никак не связаны с политической системой, политическим строем, они ненавидят власть как таковую, в любых ее проявлениях, боятся ее и не понимают.

Леонид Поляков, доктор философских наук, замдекана факультета политологии ГУ-ВШЭ: «Это такой политический абстракционизм – некий перфоманс, как художники-авангардисты устраивают разные акции: бегают голыми, собаками лают, – так и здесь эта группа несогласных радикальных оппозиционеров вырождается в какой-то псевдохудожественный и псевдополитический авангард.»

Сергей Кургинян, политолог: «Происходившее на Триумфальной площади 31 января имело статус несанкционированного собрания. У власти есть всего лишь два варианта реакции на несанкционированный митинг: разгонять или нет. Если такие собрания не разгонять, это будет свидетельствовать о слабости власти, ее равнодушии, неспособности соблюдать собственные предписания, отстаивать свои права на законные действия. Если же власть их разгоняет, это говорит о готовности следовать букве закона, т. е. выполнять свои прямые функции. Ирония заключается в том, что оппозиции нужен только несанкционированный митинг. Чтобы власть не разрешила, оппозиция будет настаивать на таких условиях, которые все равно переведут их мероприятие в ранг нелегального. Это тупик. Несанкционированность нужна оппозиции, как воздух. Без нее не получится заявить о зверствах опричников и душителей свобод. Ведь «несогласные» борются не какими-то конкретными действиями власти, а с властью как таковой. Вообще и в целом.»

Анатолий Вассерман, журналист, политический консультант, неоднократный победитель интеллектуальных игр: «Конфликты, связанные с Маршами несогласных в целом и акциями 31-го числа в частности, представляют собой спекуляцию на нечеткости одного из пунктов нашего законодательства. Конституция действительно предусматривает право на собрания и мирные демонстрации, но, как известно, любое право гражданина не должно противодействовать равным правам других граждан. Чтобы обеспечить это равноправие, предусмотрен законный порядок определения условий собрания. Причем порядок этот определяется не только общим законом, но и рядом подзаконных актов, поскольку закон не может предусмотреть все местные особенности.
«Несогласные» же ведут себя так, как если бы не существовало ничего, кроме их пожеланий. Естественно, это ведет к множеству конфликтов, и похоже, для самих «несогласных» провоцирование этих конфликтов понемногу превращается в самоцель. Если бы им было что сказать народу, то они могли бы сделать это с равным успехом в любом уголке столицы или вообще в Интернете. Если для них важнее всего место проведения собрания, это значит, что они неспособны сказать народу ничего более важного, чем это место. Таким образом, «несогласные» постепенно доказывают, что им нечего нам сказать, а значит, нам незачем их слушать. Если же они не хотят окончательно утвердить за собой репутацию трепачей и скандалистов, им придется менять свое поведение куда радикальнее, чем все изменения, которых они требуют от власти.»

Вощм, я б на вашем месте делал выводы